Главная страница Телеканал "Игарка" Новости МТК "Игарка" К 105-летию со дня рождения Н. Ф. Григорьева

PostHeaderIcon К 105-летию со дня рождения Н. Ф. Григорьева

Душой – я на Севере

Николай Филиппович Григорьев родился 21 марта 1911 года в Санкт-Петербурге. Его семья была из рода мелкопоместных дворян.

Путь в науку начался у Н. Ф. Григорьева в 1928 году, когда он устроился на свою первую работу в Геологический комитет. Вскоре он был назначен в пятую гидрогеологическую партию, в задачи которой входило гидрогеологическое наблюдение на шахтах Донбасса.

Узнав, что в Москве существует институт при главке «Союзгеолразведка» с ускоренным сроком обучения, Николай Филиппович отправил туда свои документы и вскоре был принят на первый курс. Н. Ф. Григорьев тепло вспоминает учебу и, главным образом, свои первые геологические производственные практики в Туве и Башкирии, которые оказались очень полезными и во многом помогли ему в будущем.

Окончив институт, Николай Филиппович получил предложение поехать в двухгодичную экспедицию во Внутреннюю Монголию, но как раз в это время в Якутское геологическое управление требовался выпускник-геолог для участия в экспедиции по поиску цветных металлов на заполярном хребте Тас-Хаяхтах. Выбор пал на Григорьева.

С 1933 года Николай Филиппович активно занимается изучением Арктики. В 1935 году в должности геолога участвует в двухлетней Индигирской экспедиции. В 1938–1940 гг., будучи начальником геологической партии, занимался разведкой оловянных месторождений в составе Второй чукотской экспедиции. С 16 мая 1946 года Н. Ф. Григорьев заключил договор о работе на Якутской научно-исследовательской мерзлотной станции в должности младшего научного сотрудника.

В 1951 году Григорьев возглавил экспедицию на север Яно-Индигирского междуречья. Сведений о мерзлоте данного региона не было. Естественно, работы сопровождались съемкой мерзлоты. Проводилось бурение. Этот полевой сезон для Н. Ф. Григорьева был особенно удачным: на берегу левого притока Индигирки реке Берелех он неожиданно нашел ныне самое известное «кладбище мамонтов». Часть наиболее ценных находок он отправил в Ленинград в Зоологический институт и музей Академии наук. Там по этим находкам было выделено два типа мамонтов – «гигантский» и «карликовый». В останках мамонтов было даже найдено неизвестное в настоящее время насекомое.

В 1965 году был подписан приказ о переводе Н. Ф. Григорьева на Игарскую мерзлотную станцию. В это время жена и дети Николая Филипповича переехали в Москву, так что входить в игарскую жизнь ему пришлось одному. Город Игарка, находящийся на берегу могучего Енисея, ему очень понравился. Понравилась и сама Игарская мерзлотная станция, которая уже тогда имела солидную историю, так как была организована почти одновременно с основанием города – в 1930 году. Он сразу получил квартиру, довольно быстро подружился с сотрудниками – А. П. Тыртиковым, Г. С. Константиновой, Е. Г. Карповым и другими.

Весной 1965 года Игарская мерзлотная станция начала изучение уникального обнажения ископаемого льда, находящегося на широте Полярного круга. Рыбаки, обнаружившие обнажение, назвали его «Ледяная гора».

В 1966 году Н. Ф. Григорьев принимал участие в исследованиях, необходимых для восстановления «мертвой дороги». Это старое железнодорожное полотно правительство страны решило восстановить на участке от Салехарда до Надыма с целью перевозки грузов для обустройства Уренгойского и Медвежьего газовых месторождений. Поскольку практические вопросы восстановления и эксплуатации земляного полотна здесь тесно связаны с мерзлотными условиями, то Игарская станция была активно включена в эту работу. Николай Филиппович возглавил отряд, работающий восточнее Оби. Здесь разбуривались мерзлотно-геологические профили. Для далеких маршрутов использовались мотодрезины. Затем отряд был переброшен в район Салехарда, где местность изобиловала дичью и рыбой, что в большой степени поддерживало работников.

Работы по железной дороге были завершены успешно, но, к большому сожалению Николая Филипповича, практическое применение исследований было реализовано производственниками лишь в малой степени, так как на восстановление всей трассы денег у правительства не нашлось.

В 1971 году Григорьев приступил к изучению новых проблем севера Западной Сибири – эколого-геокриологических. По его инициативе началось сотрудничество с Норильскгазпромом, строившим и эксплуатировавшим газопровод Мессояха–Норильск.

В 1980 году Игарская станция получила предложение от Союзморнефтегаза провести исследования в районе намечаемого строительства экспериментального ледового острова Харасавэя. Рабочая площадка этого острова была выбрана на мысе Бурунном. Новые работы обеспечивались солидным финансированием, а руководили ими начальник станции Р. М. Каменский и приглашенный из Якутска И. П. Константинов. В этих исследованиях Н. Ф. Григорьев выступал уже в роли консультанта.

Время текло неумолимо, и, учитывая возраст, Николаю Филипповичу, как это ни горько, пришлось уйти на пенсию, оставить родной Север, переехать в Москву. В 1986 году, покидая Игарку, Григорьев был глубоко убежден, что его тогдашнее ощущение полноты жизненных сил и здоровья связано с тем, что он почти всю жизнь прожил на краю вечной мерзлоты. Он вспоминает, какая щемящая грусть возникла в его душе, когда самолет поднялся в воздух и сделал круг над городом и водной гладью Енисея, которые он видел, может быть, в последний раз.

«…Некоторое время после этого я работал в Москве, в Проблемной лаборатории Севера МГУ, но меня неудержимо тянуло к постоянной исследовательской работе именно на Крайнем Севере. В 1980 году – я вновь в составе Игарской мерзлотной станции и снова возвращаюсь к изучению шельфа и побережья Арктики. Реализация программы по проектированию ямальских газопроводов… позволила сформировать на Игарской НИМС крупную Карскую экспедицию, которую мне довелось возглавить. Работы включали длительные санно-тракторные маршруты, бурение скважин на материке и шельфе, мерзлотно-геологическую съемку и другой комплекс наблюдений. Результаты работ, имевшие важное теоретическое и практическое значение, впервые осветившие закономерности формирования прибрежно-шельфовой криолитозоны этого района и позволившие провести ее типизацию, нашли отражение в разработке практических рекомендаций по прокладке газопроводов, в том числе и в подводных вариантах, а также в моей «ямальской» монографии (1984).

В 1982–1983 годах я продолжил работы в области «практической геокриологии», в частности, изучал мерзлоту и закономерности ее изменения в районе крупнейшего заполярного Хантайского водохранилища. В 1984–1986 годах, работая в районе Игарки, я подготовил монографию о специфических особенностях криолитозоны окрестностей г. Игарки.

Как ни тяжело мне было расстаться с моим любимым Севером и Арктикой, но в 1986 году, учитывая свой возраст и некоторые другие не столь уж объективные обстоятельства, я вышел на пенсию и переехал на постоянное местожительство в Москву.

Не могу не подчеркнуть еще раз, что моей непроходящей любовью была и остается Якутская и Западно-Сибирская Арктика, мерзлотные исследования, без воспоминаний о которых я не мыслю жизни. Я и сейчас стараюсь иметь активную «арктическо-геокриологическую» жизненную позицию. В настоящее время на основе своих воспоминаний и заметок пишу две популярные книги – о мерзлоте, об Арктике и Антарктике в целом, одна из них практически закончена. Душой – я на Севере».

Из воспоминаний Н. Ф. Григорьева.

Е. Терехина, зав. отделом природы.

Обновлено ( 21.03.2016 17:33 )

Реклама